Созданы друг для друга  - Лорен Моррилл

Однако, хоть все и ужасно, погода на удивление хороша. Думаю, миссис Теннисон невероятно горда своим новым изобретением – этими «часами для прогулок», благодаря которым ей удалось заставить нас выползти из пабов и магазинов, столь милых моим одноклассникам, и наконец посетить городские парки. До этого два дня лил дождь, и я уже начала опасаться, что эти «часы для прогулок» превратятся в катастрофу.

Я с облегчением выдыхаю, когда мы наконец доходим до Гайд-парка. Теперь у нас все-таки появятся конкретные темы для разговора. Может, нам даже удастся слить Джейсона. То есть, конечно, я не стану этого делать. Я ведь не должна. Это против правил. А я никогда не нарушаю правила. Ну, только с Джейсоном. И я вновь чувствую руки Джейсона в волосах, его губы на моих губах… Я жадно хватаю ртом воздух.

– Ты в порядке, Джулс? – спрашивает Марк, останавливаясь, чтобы прикинуть, не нужно ли постучать мне по спине или сделать искусственное дыхание (может быть?).

– Да… Я просто… э-э… проглотила жука. Кажется. – О. Бог. Мой. Я что, сейчас сказала это вслух? Марк точно решит, что я чокнутая.

К счастью, он просто смеется.

– Ох, глотать опасно, – говорит он так, будто продолжает какую-то только нам с ним знакомую шутку.

Я расслабляюсь. Я так благодарна ему за то, что он позволяет мне расслабиться. А вот Джейсон, напротив, кажется, пытается сделать все, чтобы выбить меня из колеи. Он идет впереди, шагах в четырех – достаточно далеко, чтобы грубо показать нам презрение, и достаточно близко, чтобы не дать нам с Марком остаться наедине. Мне в голову приходит лишь один способ сгладить неловкость: я достаю путеводитель и листаю страницы в поисках статьи про Гайд-парк, которую я пометила голубым стикером, еще когда первый раз листала книгу в Бостоне.

– Если верить путеводителю, то Уголок ораторов совсем рядом, – читаю я вслух, опустив глаза в книгу.

– А что это? – спрашивает Марк, заглядывая в путеводитель через мое плечо.

– Открытое пространство для дебатов, – продолжаю я, пытаясь скрыть волнение от того, что Марк придвинулся так близко. Мое сердце вот-вот разорвется на части. – Любой человек может высказаться здесь… ну… о чем угодно.

– Думаю, Джулия, тебе тоже не мешало бы высказаться. – Джейсон вдруг повернулся к нам и теперь странно смотрит мне в глаза. – Расскажи нам свою теорию об СДД.

Книжка едва не падает у меня из рук.

– Что еще за СДД? – спрашивает Марк, склоняясь ниже в надежде вычитать в моем фроммеровском путеводителе ответ.

– О! Ну… это… да так, одна штука. Из социологии, – лепечу я, пока мой мозг отчаянно мечется в поисках подходящего ответа. – Это… э-э… Союз добровольцев… э-э… Детройта, да. Сокращенно СДД.

Джейсон взрывается хохотом. Я готова его убить. Только лишь потому, что убийство уголовно преследуется и по эту сторону океана, я сдерживаюсь, резко разворачиваюсь и направляюсь по газону прямо к Уголку ораторов. И с удовольствием замечаю, что Марк идет за мной.

Уголок ораторов немного напоминает парк Бостон-Коммон, только без гидов в костюмах эпохи Войны за независимость США. Толпа там собралась разношерстная. Некоторые ораторы стоят на деревянных ящиках, некоторые на стульях, одни развернули целые экспозиции, другие размахивают плакатами, кто-то активно жестикулирует.

В углу у тропинки, опершись о забор, стоит человек, вещающий об угрозе перенаселения. Неподалеку неряшливо выглядящий студент на низенькой скамеечке для ног пытается убедить прогуливающихся туристов в преимуществах веганской диеты. Снуют бегуны с наушниками в ушах, матери с детьми торопятся поскорее пройти мимо… Но многие останавливаются и слушают. Время от времени кто-то из толпы громко возражает ораторам или поддакивает им. Один мужчина орет: «Я бы стал веганом, расти бекон на деревьях, друг!»

Мы пробираемся сквозь толпу. По большей части все, что говорят ораторы, однобоко, банально или просто безумно. Я начинаю замечать, как под кожей зашевелилось чувство тревоги и дискомфорта. Я не люблю толпу и не люблю, когда люди орут… Стало быть, орущая толпа уж точно не должна мне нравиться. Мне становится нехорошо: голова кружится от всех этих тирад.

Я оборачиваюсь назад, чтобы убедиться, что Марк и Джейсон поблизости, и врезаюсь в кого-то. Передо мной лысоватый мужчина в потрепанном костюме, он стоит в полном молчании посреди тропы. В руках у него белая табличка с черными буквами. На ней написано: «Не верь никому, даже мне».

– Простите, – бормочу я, но мужчина ничего не отвечает, он лишь жутковато улыбается.

– Джулия, все в порядке? – Марк появляется за мной, и его рука ложится мне на спину чуть ниже талии. Тепло от его прикосновения приводит меня в чувство и возвращает к реальности.

Марк читает табличку в руках мужчины и спрашивает:

– Что это значит?

Мужчина опять лишь странно улыбается в ответ. Подходит Джейсон:

– Что происходит?

– Да ничего, я… я хочу скорей уйти отсюда, – отвечаю я.

Я обхожу мужчину с табличкой и быстро иду по тропинке вперед, туда, где заканчивается Уголок ораторов и начинается другая часть парка. Марк идет следом, Джейсон тоже.

– Что это было? – опять спрашивает Джейсон.

– Мне стало как-то не по себе. – Это тоже, пожалуй, одна из лучших отговорок. – Слишком много людей.

– И все еще орут, – добавляет Марк.

Джейсон пожимает плечами:

– А мне показалось любопытно. Особенно тот последний чувак. – Джейсон по-прежнему смотрит вниз, на землю, и каждые пару метров пинает камушки. – Крутой слоган у него.

– Я вообще не поняла, о чем он, – говорю я. Мне приходится резко сделать шаг в сторону, чтобы не врезаться в Джейсона, и я теряю равновесие. Марк, который идет рядом со мной, тут же аккуратно подхватывает меня за локоть, чтобы я не упала.

– Да чего тут понимать?

– Ну, в смысле, о чем он вообще? – Я растеряна. И это зашифрованное послание совсем сбило меня с толку. Как будто кто-то пошутил, а я не могу понять, почему все смеются. – «Не верь никому, даже мне»? Что это вообще? Политический слоган? Он от какой-то партии?

– Да, наверное, он просто чокнутый, – отвечает Марк, пожимая плечами.

– А мне показалось, что он как раз самый адекватный из всех, – вставляет Джейсон и снова отходит на несколько шагов вперед.

– Я все равно не понимаю. – Пытаясь снять напряжение с шеи, я встряхиваю волосами.

Они все еще немного влажные после бассейна и тянут голову вниз, будто кто-то заставил меня ходить с ровной спиной, намотав на голову тюрбан из мокрого полотенца.

– Это он образно, – бросает Джейсон через плечо. И затем вдруг ни с того ни с сего делает колесо. Прямо тут, на тропинке.

От удивления я хочу крикнуть ему: «Ну а это что еще значит?» – но решаю промолчать. Я чувствую зуд в ногах, хочу немедленно сорваться и поплыть отсюда до Луны и обратно. Одновременно общаться и с Марком, и с Джейсоном – это слишком. Я говорю что-то про то, что хочу выпить воды, и направлюсь к ближайшей тележке с едой и напитками. За горсть тяжелых монет продавец дает мне холодную воду. С бутылки капает, ее только что вытащили из ведерка со льдом. Я откручиваю крышку и выпиваю половину за несколько больших глотков.